Ваше мнение Фирмы Пишут Наше видео Об авторах Карта сайта
	Главная Новости сайта Новости Выборга Гостевая книга Фотогалерея Статьи Наши встречи Сайты Выборга Статьи читателей	Новости сайта 06.10.2009 12:04:45 Новый раздел - наше видео Открыли новый раздел — «Наше видео « 29.07.2009 15:24:20 Тестируем форум Мы запустили форум. Принимайте участие. Архив "Новости сайта"

КУЩЕВСКИЙ ПРОЕЗД, ДОМ ОДИН

КУЩЕВСКИЙ ПРОЕЗД, ДОМ ОДИН
Рассказ

Серия: На житейских перекрестках

Девочка с белым бантом увлеченно играла в классики. По начерченным и пронумерованным мелом квадратикам она скакала на одной ножке, толкая перед собой плоский, как блин, камешек. В одно мгновение ножка подвернулась, девочка растянулась на брусчатке и, всхлипывая от боли, стала поглаживать ушибленную коленку. Сидевший рядом на скамейке пожилой мужчина с вытянутым худощавым лицом, держа в руке свернутую газету, невольно наблюдал за этой картиной. Девочка поднялась и посмотрела на пожилого дядю. Их глаза встретились. .Виктор Давыдович, так звали мужчину, запустил руку в карман и вынул небольшую пригоршню завернутых в блестящую целлофановую обертку леденцов. Девочка улыбнулась, сложила конфетки в карманчик, и поблагодарив по- немецки: «Данке шён!» побежала к стоявшей неподалеку матери. Виктор Давыдович имел привычку постоянно носить с собой леденцы. Эта привычка сохранилась у него еще с флота, где он служил офицером на подводной лодке. Уже, будучи капитан-лейтенантом, Виктор Давыдович Кущ решил навсегда завязать с пагубной привычкой- курить. . Вот тогда-то и появились леденцы. С тех пор прошло уже, чай, лет двадцать пять, он стал военным пенсионером и забыл о былых пристрастиях. Седьмой год пошел, как он с дряхлеющей мамой приехал сюда, в Германию. Мама недавно умерла и остался старый морской волк один-одинешенек. Жениться Виктору Давыдовичу не привелось. Сразу после окончания училища служба занесла его на крайний север, потом перекинули на Балтику. Мог, конечно, он подумать о своей личной жизни, когда в течении нескольких лет учился в Ленинградской морской академии, но он так и не нашел ту единственную, что могла стать любимой и желанной. Морскому офицеру, дослужившегося до звания кап-2, предложили поехать в Анголу военным советником. А уже перед самым занавесом, то бишь перед пенсией перевели дослуживать в Северодвинск. Там ему вручили «капрасовские» погоны и вскоре отправили на заслуженный отдых. Шел Виктору Давыдовичу пятьдесят второй год. Павловская реформа, что случилась в начале девяностых, чуть не довела бравого пенсионера до инсульта. На сберегательной книжке, где лежали, накопленные за годы службы деньги, растаяли, как дым. Как раз было, в аккурат, на новую «Волгу» и кирпичный гараж. Погоревал о несбывшейся мечте Виктор Давыдович, и затаил на власть злобу. Был моряк коммунистом и он свято верил в дело, которому верно и преданно служил, не расставаясь с партийным билетом ни на минуту… Тут то он и вспомнил о своих еврейских корнях. Отец Виктора Давыдовича сгинул в далеком тридцать седьмом на Ставропольщине. Был он из старинного казацкого рода. Отец сошел в могилу, так и не увидев своего первенца, родившегося спустя два месяца после ареста. Его мама, Рахиль Иосифовна Аграновская служила учительницей начальных классов в станичной школе-семилетке. Там, в селе, девушка и познакомилась с молодым агрономом Давыдом Кущем…

… Уже в семидесятые годы, морской офицер добился небольшой двухкомнатной квартирки в Ленинграде и перевез туда маму, которая все еще продолжала жить на Ставропольщине, на родине отца. Была у Виктора Давыдовича еще одна причина для эмиграции в Германию. Там, в Ставрополье, жила-доживала свой век очень дряхленькая старушка, младшая сестра отца. Она обитала в стареньком убогом домике и получала нищенскую пенсию. Уезжая в Германию, заботливый племянник оформил доверенность на перечисление всей «капрасовской» пенсии на теткин станичный адрес. Как -никак, а приварок получался солидным…

… За шесть лет в Германии, Виктор Давыдович обзавелся приятелями, тоже бывшими военными. С ними он за рюмкой водки, картами и коротал вечера. После смерти мамы на душе стало пусто. Вокруг ни одной родной души. Письма, правда, со Ставропольщины приходили, писали племянники и другие, десятая вода на киселе, родственники. Писали и сослуживцы. Один из них -подполковник Волынцев, уйдя на пенсию тоже осел на жительство в станице Солнечной, недалеко от тетки. Куща. Вот и недавно, «капрас» получил от друга письмо с приглашением посетить родину предков.

Виктор Давыдович который год думал поехать на родину, увидеть красивую южную природу, побродить по тихим сельским улочкам, услышать пение молодых станичников под гитару или гармошку…

Мысль о поездке в Россию показалась заманчивой и он стал готовиться к путешествию. Каждую субботу он посещал базары, где торгуясь с местными коммерсантами,. покупал абсолютно новые, в упаковке, вещи с большой скидкой. Наступил август. Россия только что перенесла сильнейший финансовый кризис. Доллар, вторая валюта обвалился. Многие банки и крупные фирмы потерпели крах. Народ бедствовал. На этом фоне Виктор Давыдович чувствовал себя почти Рокфеллером.

На конец месяца он заказал билет на самолет, настроение было уже дорожное.

… В Ставрополь бывший «капрас» прилетел гоголем, из багажного круга, он вместе с племянниками выловил две неподъемные сумки. Пришлось в немецком аэропорту раскошелиться за перегруз. Родственники встретили его по казацки- с хлебом-солью. Сидевшая рядом, подслеповатая тетка, никак не могла нарадоваться долгожданной встрече с «западным» племянничком.

Две недели Виктор Давыдович кочевал из одной хаты в другую. Всем хотелось пообщаться с бывшим моряком… В середине сентября купил Кущ билет на рейсовый автобус и отправился с подарками-гостинцами навестить сослуживца.

Жил он по местным меркам недалеко, примерно в пятидесяти километрах.

… Когда весь залатанный, обшарпанный автобус подъехал к автовокзалу, Волынцев встречал старого друга вместе со своей многочисленной семьей с большим букетом цветов.Сентябрь заканчивался. Желтая листва, водя хороводы в воздухе, плавно ложилась на землю.

У Виктора Давыдовича от частых возлияний разыгралась язва. Волынцева невестка, врач по профессии, принесла Кущу большой тюбик с импортным гелем, через несколько дней боли стихли…

-Загостевался я тут у вас, -сказал за очередным застольем Виктор Давыдович. -Пора и честь знать. — Кстати, когда уходит последний автобус до моей вотчины? Хозяин дома, Александр Митрофанович Волынцев заволновался. Очень ему не хотелось отпускать боевого друга. Виктор Давыдович заупрямился. До самолета в Германию оставалось три дня, нужно было успеть собраться. Может быть утренним рейсом поедешь? — в надежде спросил хозяин. — Нет, как отрезал Кущ Еще весь день впереди, наговоримся перед дорогой…На автобусной остановке друзья прослезились. — Я пришлю тебе приглашение в Германию, -пообещал Виктор Давыдович, придерживая в руках подарок друга- коробку с настенными часами- кукушкой. Бывший моряк сел в пустой полутемный автобус и уже из окна помахал Волынцеву рукой. Поднимая осеннюю пыль, сельский рейсовик умчался за горизонт.

… Притулившись у окошечка, Кущ закрыл глаза. Езды до станицы было не больше часа и он решил вздремнуть. На одной из остановок, автобус хорошо качнуло. В переднюю дверь ворвались трое бородачей. Виктор Давыдович еще ничего не успел понять, как один из них оглушил чем-то тяжелым водителя, тот разом и раскис на сиденье. К Кущу подошли двое, моряк поднялся, чтобы дать отпор, но не успел, удар под дых сработал на опережение. Получив еще пару ударов по голове, Виктор Давыдович отключился и не слышал, как его обмякшее тело бросили в багажник легковушки и увезли в неизвестном направлении…

… Черные круги перед глазами сменились рассеянной пеленой. Кущ пошевелил руками, затем ногами. Кости были целы. Он лежал на легкой подстилке в слабо освещенной комнате. Сознание медленно возвращалось. Сквозь щелки опухших глаз он увидел неряшливо одетых людей в засаленных папахах. От них сильно воняло потом. Виктор Давыдович, облокотясь на руку натужно приподнялся и огляделся. На него с любопытством смотрело несколько глаз бородатых горцев.

-Откуда будешь, старик, из каких краев? -спросил молодой высокий мужик с заметным кавказским акцентом.- Где я, куда попал? — Чего хотят от меня эти люди? Виктор Давыдович мгновенно прокрутил в мозгу события последних часов. Отвечать он не хотел. Нужно было собраться с мыслями.- Пусть поваляется здесь, утром мы его перевезем в горы, -услышал Кущ другой голос. — Дай — ка ему еще разок по печени, чтобы спалось лучше, вместо наркоза, -посоветовал третий голос, говоривший чисто по русски, без акцента- А не окочурится? — Никуда он не денется старый пердун, а окочурится, такова воля аллаха. К Кущу подошел высоченный мужик и сильно ударил его сапогом по левому боку…

…В комнате было холодно, из разбитого окна несло ветром и влагой. Бывшему «капрасу» показалось, что «костлявая» на сей раз обошла его стороной. Он опять пошевелил ногами, с большим трудом приподнялся на четвереньки, и медленно пополз к окну. Выглянув за створку разбитого окна, он навскидку определил, что до земли не меньше шести-семи метров. Прыгать в такой ситуации не имело смысла.,-размышлял про себя Виктор Давыдович. Поймают искалеченного, добьют. Кущ поднялся во весь рост и тихими шагами подкрался к двери, пытаясь ее открыть. Дверь чуть-чуть поддалась и застопорилась. Видимо, суки, закрыли на один оборот, подстраховались, чтобы не убежал. Старый вояка нашарил в кармане перочинный походный ножик, он всегда носил его с собой, на всякий случай. Кущ отжал дверь, сколько хватило сил в сторону и сунув ножик под щеколду, стал ее отжимать. Замок оказался примитивным и дверь, чуть скрипнув приоткрылась. Виктор Давыдович весь превратился в слух. Крадучись в темноте, он пошел на ощупь. Впереди, в двух метрах он увидел слабую полоску света. Из чуть приоткрытой двери вырывался разноголосый храп. Старый моряк, собрал волю и кошачьим шагом вошел в дверь. Тусклый настенный светильник, напоминающий керосиновую лампу, осветил небольшой, покрытый клеенкой стол. На нем лежал патронташ и две гранаты. . Кущ присмотрелся внимательно и узнал их. Такие гранаты были на вооружении, когда он служил военспецом в Анголе…

Заткнув одну гранату за пояс брюк, он взял вторую в руки, еще не зная, что он предпримет в следующую секунду. На полу, на грязных циновках, вповалку лежали, видимо, пьяные, его обидчики. В воздухе витал стойкий запах кислого перегара. Кущ сделал неосторожный шаг назад и наткнулся на табуретку. Она с грохотом опрокинулась. Заметив неладное, вскочил долговязый. В полумраке он увидел постороннюю фигуру. Их взгляды встретились в одной точке, он узнал старика. В последнюю секунду жизни Виктор Давыдович Кущ пожалел только о том, что не взял с собой паспорт. Ситуация была безысходная и он не раздумывая, вырвав чеку, бросил гранату между собой и храпящими горцами…

Вместо эпилога.

…Наутро местные жители, встревоженные взрывом, вызвали милицию. Трупы кавказцев были опознаны родственниками. Обезображенное тело бывшего «капраса» отправили в краевой морг судебно -медицинской экспертизы, где оно пролежало свыше двух месяцев Как никем не востребованный, без документов, Виктор Давыдович был захоронен на городском кладбище. Над бетонным надгробьем выбили надпись:

«Неизвестный мужчина. Захоронен 28 сентября 1998 года».

… Долго искали Куща родственники и его друг Волынцев. Доблестная местная милиция сделав вид, что ищет родственников пропавшего человека, сдала дело в архив.

… Поживавший на хуторе,, вдали от дороги, боевой друг Куща Александр Митрофанович Волынцев, ровно через два года после их последней встречи, не надеясь на чудо, приладил на заборе, на видном месте, в память о друге самодельную адресную табличку: «Кущевский проезд, дом один.

Борис Бем, г. Кельн, Германия, январь 2001 года.

10.07.2008

Добавить комментарий

ФИО:
E-mail:
Тема:
Комментарий:
Оценка:
Код подтверждения: